В этот день
Традиции казачества
Календарь казачества
Сентябрь, 2020
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
    

Прилепиада или похождения фаворитов в Донбассе (часть 3)

фотография:
Прилепиада или похождения фаворитов в Донбассе (часть 3)

Часть 3

Читать часть 1

Читать часть 2

Вот, например, венчание.
В СМИ была опубликована информация, что после20-ти лет совместной жизни Захар Прилепин обвенчался со своей супругой Марией вДонецке. Фотографии с таинства опубликовал корреспондент «Комсомольской правды»Александр Коц в своем Fаcebook.
Знаменательное событие состоялось 26 ноября 2017года.
Церемония прошла в Спасо-Преображенском соборе,в Донецке. Среди гостей были известные люди, такие как российская певицаЧичерина, бывший украинский исполнитель Джанго, и, само собой, Глава ДНРАлександр Захарченко с супругой.
Что после двадцати лет совместной жизни, родивчетверых детей, решили повенчаться – хорошо! Повенчаться можно было в Москвеили в другом российском городе, но это банально, скучно.
А вот повенчаться в военном городе Донецке –ярко, оригинально и необычно!
Корреспондент «Комсомольской правды» АлександрКоц сообщил: «Сначала гости подарили Прилепину АГС (автоматический гранатометстанковый). И вот Захарченко подарил жене Прилепина пистолет «Оплот»производства ДНР. А Захару — самовар. Чтоб он мог вечерами петь: «У самовара яи моя Маша».
Ну, что! Круто!
Круто венчаться после 20 лет брака, да негде-нибудь, а в военном городе Донецке! А вам – слабо?
Круто, что это событие освещали СМИ!
Круто, что «молодые» получили такие подарки,какие другим и не снились!
Не сомневаюсь, что Прилепину позарез нужен былличный АГС.
А вот зачем жене Прилепина был подарен пистолет?
Прилепин пишет: «Лёг спать, форма у кровати,пистолет (ТТ, наградной, за проявленное, Захарченко вручил» (с.14).
Здесь, более-менее – понятно. Запроявленное. Правда, скромно умолчал, где и когда проявил.
А жене Прилепина пистолет – за что? Тожеза проявленное?
По закону драматургии, этот пистолеткогда-нибудь выстрелит.
Помните, как сказал о ружье на стене Чехов?


И фотографии, фотографии, фотографии …
Вот, на фотографии чета Прилепиных за свадебнымстолом!
Вот Глава протягивает жене Прилепина подарок –пистолет.

Вот, жена Прилепина в венчальном — очаровательном, кружевном, — белом! – платье (за спиной на полочке –иконы, иконы, иконы….) подняла правую руку с пистолетом (наманикюренный пальчикна курке) и прицеливается в потолок. Или собирается бросить пистолет, каксвадебный букет – кто поймает?

Горько!
А вы знаете, действительно горько смотреть наэтот балаган!
А вот и ещё фоточка. Прилепин выложил еёна своей странице в соцсети и подписал «Семья террориста». Жена Прилепина вбоевом камуфляжном прикиде (берцы, наколенники, перчатки, горка, толькоголовного убора не хватает) собирается стрелять, стоя на одном колене, и вруках у неё отнюдь не подаренный Главой пистолет, а автомат.
Круто! Знай, наших!

Только многим этот постановочный кадр непонравился.
Многие зануды не оценили юмор Прилепина. Вкомментариях они отмечают, что такой пиар — это уже слишком.
Известный ополченец Евгений Тинянский свозмущением назвал поступок Прилепина фарсом и цирком.
Что ещё происходило в эти полгода, кромесвадьбы?
Фотосессии на поле битвы!

Прилепин фотографируется рядом со своим любимым«круизёром», с «дворнягами», т.е. со своей свитой (они же – его фавориты) сГлавой, с Казаковым, с Тимофеевым и.т.д., и.т.д. Фотографий – тьма! Ну, надо жепамять о Донбассе для себя оставить. И о себе. Страничка биографии, как-никак.
Ну, и, конечно, фотографии с передовой. Стоп! Офотографиях с передовой – отдельный разговор.
Чистенький чёрный «круизёр» — красавчик! — стоитв профиль к нам. У переднего колеса картинно припал на колено боец. Автоматнаготове!
У заднего колеса картинно припал на коленовладелец красавца «круизёра». Автомат наготове!
За кормой «круизёра» стоит боец. На переднемплане, спиной к нам картинно припал на колено четвёртый боец. Держит ли в рукахавтомат – не видно. Наверное, держит. Какой же автомат без бойца! Какой же боецбез автомата!
За «круизёром» виднеется основание террикона илесок. Наверное, враг где-то за терриконом. Сейчас покажется. Сейчас начнётсяперестрелка. Сейчас начнётся бой! А всю эту картинку кто-то снимает сбоку.Держит в руках камеру или телефон.
Нам сделали красиво!

А вот и ещё фото. Уже без «круизёра».
У входа в блиндаж стоит героический майор ДНР вгорке и шапочке защитного цвета, прикрывающей лысину. Майор ДНР прикуривает,защищая от ветра руками огонёк, должно быть, отдыхая после боя.
Разведчик Евгений Тинянский прокомментировалгероическое фото: «Что это, неужели блиндаж, спросите вы меня? Я вам отвечу:это декорация, сооруженная специально для героических съемок. Чего не сделаешьдля развода лохов, готовых верить в героический образ героя, приехавшегозащищать людей от… (терриконов?)
Други, я офицер запаса и был оным ещё до началавойны. Офицер как раз с инженерной военной специальностью. И фортификацию, какдисциплину, мы проходили. Так вот, сие сооружение нельзя назвать не толькоблиндажем, а вообще отнести к фортификационным сооружениям.
Потолочные перекрытия блиндажа не могут бытьтакими тонкими. А эта лажа не защитит и от 82 мины.
Ко входу в блиндаж должна вести траншеясообщения. Она не может быть такой широкой, чтоб минимизировать попадание втраншею боеприпаса и, как следствие, поражение.
Сам «блиндаж» и траншея не укреплены, не смотряна то, что грунт явно каменистый. И при попадании фракция грунта сыграет рольшрапнели, прибавив поражающий фактор.
На кого расчитана эта клоунада? Понятно на кого…
Ну и под занавес. Вход в блиндаж по логичнымпричинам обустраивается с тылового направления, обратной стороны линиисоприкосновения. А теперь смотрим на обратную сторону. Что там…?
… ТЕРРИКОН!!!!!!!!!
Прилепин опять воюет с бедным терриконом».

К этому больше нечего добавить и остальныефотографии «с передовой» можно не рассматривать.
Прилепин в романе любит рассказывать не столькоо передовой (что там интересного-то?!) сколько о ресторане «Пушкин», где онрегулярно обедает со свитой или с друзьями и ещё о великих мира сего.
Как его позвал Кустурица, Прилепин рассказал.Теперь пришла пора рассказать об отечественной знаменитости. Сидит Прилепин вокопе, листает в телефоне неотвеченные вызовы, а там: «Позвони срочно» — идальше твой такой-то. Человек, известней которого на Руси был только император.Подобное послание я получал от него впервые» (с. 257).
Прилепин звонит всенародному режиссёру и:«Раздался этот, с бесподобными переливами, артистической роскошной хрипотцой,то густой, то неожиданно высокий, почти всегда весёлый голос всенародногорежиссёра» (с. 258).
Слышно даже, как Прилепин по-щенячьиподвизгивает от восторга! Сам всенародный режиссёр ему велели позвонить! Сам!Господи, счастье-то, какое привалило! В обморок можно упасть! Всенародныйрежиссёр говорит: «Слушай, Захар. Тут есть одно дело. Не очень удобно потелефону. Но, раз ты далеко, скажу. С тобой не против поговорить один человек.Ты должен догадаться. Мы встречались, я вспомнил о тебе, и он говорит: а пустьпридёт … Ты понимаешь, о ком я?
— Да. Думаю, да. Это очень вовремя.
— Тогда приезжай. Сразу набери меня. Приедешь комне – посидим, всё обсудим» (с. 258).
Это называется, на ловца и зверь бежит.
«Батя спросил меня, могу ли я устроить емувстречу с императором» (с. 259).
Почему Глава сам не попросит аудиенции?
Ах, да, он – Глава непризнанной республики.
А тайно встретиться было нельзя?
Встретиться и решить все вопросы.
Почему надо унижаться перед фаворитом и проситьего устроить встречу?
Почему Глава уверен, что Прилепин знаком с«императором», бог весть! Но ведь не разуверял его фаворит в своихвозможностях. А если вспомнить, что «Казак уже не имеет никакого отношения котдельным кремлёвским кабинетам, мы молчали; это ударило бы по егопозициям, и по Главе тоже, и даже по мне. Все дедали вид, что у нас московская«крыша» (с. 94)
Вот и Прилепин делает вид, что у негоимператорская «крыша». Но, как выясняется, с «императором» он не знаком. Ноделает вид перед патроном, что знаком. И вот, «Батя» (в терминологии фаворита)униженно просит «устроить ему встречу с императором, — а тут такая возможность»(с.259).
Возможность, это встреча с «всенароднымрежиссёром», который с «императором» знаком и может поспособствовать желаннойвстрече.
И снова: из ресторана …ой, из окопа – в Москву!Пока ехал 1000 километров до столицы, — куча звонков. В числе других –приглашение в Женеву. Наш герой соглашается. Чтобы оправдать свои поездки поевропам, в то время как другие сидят в окопах и погибают в перестрелках,Прилепин оправдывается: «расскажу приличным европейцам о нашем террористическомжитье-бытье» (с. 265).
Угу! Должен ведь кто-то развлекать приличныхевропейцев!
«Саша Казак всегда приветствовал эти поездки: посути, со всей Донецкой республики я был едва ли не единственный выездной – идолжен был поддерживать наше реноме не как банды отморозков, а как-то иначе.Так что это было в известном смысле ещё и моей обязанностью в качествесоветника Главы» (с. 265).
Угу! Полномочный посол непризнанной Республики.
Тем временем, Прилепин продолжает изливатьвосторги перед всенародным режиссёром, который знаком с «императором»: «Впервыеон позвонил мне лет десять назад. На телефоне высветился неизвестный номер:Привет, это …» — и он назвал свою фамилию: лёгкую, ловкую, ассоциирующуюсясразу со всем его обликом, со всей его жизнью; в фамилии умещались и слышались сразу– и его блистательная сановность, и его хохоток, и мягкость, и хватка, ибарская, скорей, очаровательная, при подобающем, а иногда не вполне подобающемслучае хамовантость, и словно бы щекотка, которая неизменно и незрио чутьсмешила его в любых стиуациях, и хук слева, которым он, невзирая на чины иположение, мог усадить, развалить всякого, пошедшего на него лоб в лоб, и мехаего шуб, и альковное что-то, и церковное. … » (с. 266).
Уф! Медленно выдохнули …
И даже шуба не забыта! Про мужской парфюм забылупомянуть.
Передохнули?
Продолжим цитату: «Он был человек невероятногоприродного дара. И невероятной вживляемости в любые времена. … Его запростоможно было представить в петровской эпохе: единственный, кто – наряду с кемтам? Со стариком Голицыным? И делягой Алексашкой Меншиковым? – мог пройти сквозьгнев и рёв Петра, и выйти из этого огненного смерча не опалённым, но, напротив,награждённым: за дельный совет, за ту силу, с которой он растворял в себедержавную боль или блажь. Прирождённый царедворец» (с. 266).

После такого безудержного славословия Михалковбыл просто обязан Прилепина с «императором» познакомить.
Думаете это всё? Как бы, не так! Но я не стануутомлять читателя «сладким сахарком на донышке» (Прилепин), а перейду кглавному: «Потом мы встретились, обнялись – мне искренне казалось, что он разав два меня больше, что у него огромные руки, что меня прижала к могучей грудисразу вся русская аристократия – вернее даже, боярство. … дополз же я до этогочудесного дня» (с. 267).
Так и слышится: убогие мы, ничтожные, жалкиедворняжки, доползли же до этого чудесного дня лицезреть его Светлейшество!

Вот ничего не имею против «всенародногорежиссёра» и даже им восхищаюсь, но ползать перед ним на брюхе, как Прилепин,неистово славословя за талант, человеческие качества и аристократизм, — пусть даже ползать не в буквальном, а виртуальном смысле, — это какой-толизоблюдский, подхалимско-холуйский перебор.
Ментальность-с – соответствующая: «По правуюруку отчего-то усадили меня, приблудного» (с. 268)
Ну, почему «отчего-то»?! Вельможам всегда и вовсе времена нужны лицемерные сладкопевцы.
Совсем не случайно упоминает Прилепин, что«всенародный режиссёр» есть советник «императора» «по делам всего сущего,движению светил небесных и копошению гадов земных» (с. 268).

«Всенародный режиссёр» — советник «императора»
Писатель – советник Главы маленькой непризнаннойРеспублики.
Титулы-то одинаковые. Да-с!
Масштабы разные.
Но – лиха беда – начало!
Сегодня – советник маленькой непризнаннойРеспублики, а завтра …
Главное, вовремя сладко спеть в честь вельможи,в честь сильного мира сего и от души подлизнуть. Вельможи это любят и ценят.
А и не только вельможам сладко спеть, но и ихдетям: «На самом конце стола … сидела одна из дочерей режиссёра: тонкая,высокая красавица …» (с. 269)
Я не помню, которая из двух – красавица. Может,у него третья дочь есть?
«Всенародный режиссёр» и «всенародная глыба»выходят покурить. Между ними происходит судьбоносный разговор:

« — Идёшь? — спросил меняхозяин по той теме, о которой уже сообщил ранее.
— Надо идти, — сказал я.
— Подумал, о чём будешь говорить?
— Не совсем.
— Захар, кто ему ещё скажет о самомглавном?
— Хорошо, — улыбнулся я. – Попробую» (с. 270).

О самом главном – о любви, что ли?
«Печаль в том, что ничего самого главного я незнал» (с. 271)
Ну, да, и в этом тоже – печаль. Хотя можно подостоинству оценить в этом случае редкую правдивость писателя. Ну, тогда быспросил Главу или «всенародного режиссёра», что для них главное. Не спросил.

8 февраля 2017 года погиб Гиви (Толстых МихаилСергеевич), Герой Донецкой народной республики. Героя получил в феврале 2015года. Ордена, медали, георгиевские кресты. За оборону Славянска, за оборонуИловайска.
Гиви был там, где Прилепин никогда не был иникогда не будет.
В Википедии сказано, что причиной смерти сталобстрел из реактивного огнемёта «Шмель» кабинета, в котором находился Толстых,по другим сведениям — взрыв заложенной в помещение бомбы.
Был объявлен трёхдневный траур. На похороныпришли около шестидесяти тысяч жителей ДНР. Гиви был похоронен со всемиподобающими Герою воинскими почестями.
Мы все горевали. «Шмель» ли, бомба ли – неважно.Герой погиб.
Но ведь у Прилепина руки чешутся, язык свербит.И он поверяет читателям, как на самом деле погиб Гиви и кто заложил бомбу.
Мне, зачем об этом знать?!
С какой целью Прилепин осведомляет читателя ипытается принизить образ человека, который в глазах народа – Герой и таковымнавсегда останется?
Промолчать бы вам, товарищ Прилепин! Никому этаваша «правда» не нужна. Вы ведь тоже не святой. И Захарченко не святой. Вы ведьсами написали о нём: «Находил в себе силы … Находил – на войну, на жену, надевок …» (с. 363).
Ничего, что его вдова прочитает?
А после Москвы – снова в донецкий ресторан«Пушкин» (надо же было так ресторан обозвать!)? Как-то напоминает булгаковскийресторан «Грибоедов».
Вы забыли про приглашение в Женеву.
В Женеве должна была состояться международнаяконференция, посвящённая национальным отношениям. Организовал конференциюместный Русский дом. Прилепин должен был на этой конференции выступить. И онвыступил.
Перед тем, как выступить писатель объяснился влюбви к Украине: «Я ведь, хорошие мои, влюблён в Украину» (с. 279).
Писатель вспоминает, как в детстве нашёл начердаке сборник украинских стихотворений на украинском языке: «Книжкой заболел:ходил и повторял наизусть» (с. 280). «Моей бабушке, выросшей на юге нашейземли, мова была знакома … это общий наш язык, в крови растворённый» (с. 280).Последнее высказывание, безусловно, спорное, но сделано из любви.
На конференции присутствовала украинскаяделегация, весьма враждебно настроенная по отношению к советнику Главы ДНР. Такчто любовь писателя к Украине не была взаимной.
Содержание его речи нам неизвестно, потому что вромане это содержание не представлено, но концовка речи есть: «Только в самомконце я сказал: мы воюем не за Россию – мы воюем за Украину, — и, кажется, всемэто понравилось, сидевшие стали аплодировать» (с. 282).
Вот бы ребята, сидящие в окопе, это услышали!Как бы это им понравилось? Они-то думали, что воюют за независимую Республику,ан, нет! За Украину они воюют, по версии Прилепина. С Украиной воюют заУкраину.
Европейские гости Русского дома в Женеве оцениликаламбур.
Ребята, сидящие в окопах, каламбур вряд ли быоценили по достоинству.
К счастью, эту речь Прилепина они не слышали.

Советник Главы возвращается в Республику. Вресторан. Ой, простите, на передовую, в окоп! В общем, сразу попадает на пикникна берегу, у ставка «Батя, Саша Казак, я… Охрана по периметру. Кажется, был ужеавгуст. … Батя сам приготовил плов: когда я приехал, ароматный чан уже дымился.Привезли обученную девушку с кальяном» (с.303).
Янтарь в устах его дымился … Навеяло…Прообученную девушку звучит, как про обученную обезьяну.
Выпивают, закусывают, курят кальян, но советникГлавы чувствует, что-то не так, что-то происходит, все чем-то озабочены:«Наконец, настало время серьёзного разговора.
— Короче, Захар, ты был прав, — сказалБатя. – Москва начала давить. Требование: убрать Ташкента и все его делапередать.
— Кому?
— Найдут кому. Одни и те же ****и сюда лезуткоторый год» (с. 305).

Здесь мы вернёмся немного назад.

Прилепин, как мы уже знаем, опоздал к главнымсобытиям 14-го и 15-го года: аэропорт, Дебальцевский котёл, Иловайский котёл …
Прилепин прибыл на войну после Минских соглашений,когда одно перемирие следовало за другим. Объявленное очередное перемириенарушалось почти немедленно. Война шла, как ни в чём, ни бывало, но теперь этобыла односторонняя война. Нашим ополченцам был строгий приказ, действуюший посей день, на огонь не отвечать под страхом наказания. Конечно, иной раз уополченцев лопалось терпение. Да и кому хочется быть мишенью в тире! Все, иополченцы, и мирное население, ждали от кураторов приказа на наступление. Априказа всё не было и не было. Прилепин тоже ждал этого приказа и рыл землюногами, запуская вундервафли в сторону противника, о чём и повествует в романе:
«Дата, которую называл мне Захарченко, — собрушением ряда высотных, жизненно важных конструкций на территории нашегонесчастного неприятеля, — прошла. Ничего не случилось. Падение града Киеваотменялось. Исподволь подступило тихое, чуть тошное ощущение, что чаемого трипредыдущих года подряд – не будет. Не состоится никакого наступления» (с.232-233).
Есть видео. За столом сидит Захарченко, напротивнего Прилепин. Захарченко под провоцирующий хохоток советника рассказывает, чтопосле Киева надо бы взять Берлин, а потом и Лондон. После этого видеоЗахарченко получил прозвище «Лондонбрал».
Чувства и чаяния Захарченко можно понять и дажеразделить, но снимать этот монолог на видео и выкладывать на всеобщее обозрениене следовало. За этим должны были проследить советники. Но советники, то и делопровоцировали Главу на необдуманные, и иногда даже глупые высказывания. ОднаМалороссия чего стоит!
Наступления ждали все, но результатовнаступления разные люди ждали разных. Мирные люди ждали прекращениянескончаемых обстрелов. Администраторы и политики ждали условий длястроительства молодого государства. Военные ждали военных побед. Некоторыевоенные жаждали героических подвигов, славы, наград, повышения чина, упоминанийв СМИ.
Чего ждал от наступления Прилепин?

Был и ещё один нюанс. Был и есть. Украинасделала финансовую и экономическую блокаду. Чтобы жители Республик не погиблиот голода, РФ слала и шлёт гуманитарную помощь. РФ оказывает другие видыпомощи, в которых нуждается молодая Республика. РФ даёт деньги на зарплаты ипенсии. Я оставляю в стороне вопрос, кто в Республике распределял гуманитарку икто её получал или не получал. Я оставляю в стороне вопрос, все ли видыпомощи распределялись справедливо. Я оставляю в стороне вопрос, ктоназначил в Республике мизерные зарплаты и крохотные пенсии.
Мне важно сейчас подчеркнуть: кто платит, тот итанцует девушку.
Поэтому РФ вправе требовать и требует отРеспублик безусловного послушания, нравится это кому-то или нет. И кураторывправе требовать финансового отчёта. Таков порядок.
Но всегда есть соблазн: почувствовать себясвободными и независимыми и распоряжаться тем, что дают, по своему усмотрению. Инемалую роль, а, может, и главную роль в этом соблазне играют советники.
Послушайте, как о Москве (о кураторах)отзывается советник Главы ДНР Прилепин: «Все здесь ждут, что однажды придётРоссия. Россия придёт – и будет порядок, мир. Но Россия так не приходит. Еёждут в одном виде – в приходит она в другом, иначе. Она приходит какасфальтоукладчик. Она приходит как мясорубка. Она жрёт всё и даже костями неплюётся: выдаёт чистый фарш. … Однажды сюда зайдёт Москва. Ты видел, чтоони делают с российскими губернаторами? Они рубят им яйца, и собирают в общееведро. Потом приходит уборщица и содержимое ведра выплёскивает на задний дворсобакам. Да, ладно, ни о ком из них не печалюсь. Но есть цель: изДонецкой народной республики – сделать обычный российский регион. Мы ихтри года просили: дайте нам строить то, чего в России ещё нет, уже нет, и точно– не будет. Дайте, разве вам жалко? У вас есть восемьдесят восемь своихрегионов. Кромсайте их на свой манер, чтоб – все стояли одинакового роста, илокти не торчали. Но, бога ради, позвольте здесь вырастить своё деревцо.Может, вам самим понравится, северяне. … Нет. Она не умеют так делать.Это выпадает из их логики. Они будут делать ровно всё наоборот. Онидумают и однажды придумают, как выбить всех вокруг Главы. Одного задругим. Москва выключит из розеток все ресурсы, что подпитывают Захарченко. Этоне очень долгий и неоднократно опробованный в России сценарий. Исключения есть.Но они – крайне редкие, и всегда – этнически обусловленные. Это пара кавказскихрегионов, может, один, может, пара, условно говоря, ордынских. Три, говорю, — четыре уже с натяжкой – региона: не больше. Включая непризнанные, как инаша, территории. Российские фейсы умело контролируют в этих анклавах ихвнешние контакты. И тем более не дают расти их военным амбициям. Однаконезависимость во внутренних делах местные там сумели отстоять. Посягающих наэто северян просто вырежут: таковы правила игры. Вопрос: сможем ли мытак? Ответ: нет. Потому что мы не кавказский и не ордынский народ. Мы здесь – русские, пусть дажде и с хохляцкой подкладкой. Мы не сможем зарезатьрусского наместника, потом, скучая, ждать, когда пришлют нового – и, едва онявится, зарезать нового тоже. Если мы так будем делать, мы почувствуем себясепаратистами уже не Украины, а России. Если мы начнём резать российскихнаместников – за что здесь тогда шла война, правда? … Вариантов нет. Главаостанется один. Нас не жалко, вас не жалко, никого не жалко. Просто дляменя республика – это он. … Тот компромат, что собирают местные на местных, — это всё курам на смех. А вот то, что собирает на происходящее здесь Москва, — это важно» (с. 235-236).
Ещё бы – не важно!
Разухабистый тон, который позволяет себеПрилепин в отношении России, крайне неприятен.


Слухи бродили среди простого народа разные.Нехорошие слухи!
Верить не хотелось. Хотелось, чтобы все админыРеспублики блистали бескорыстием и честностью. Увы, не блистали.
После убийства Захарченко множество изданий СМИпечатали информацию, которая уже годы бродила в народе. Суть этой информации: министр доходов и сборов (в народе его называли министром поборов)создал коррумпированную грабительскую экономическую систему, позволявшую егоближнему окружению и ему самому набивать мошну. Советник Главы АлександрКазаков рассказывал байки в СМИ, что в Республике строят «социализм». При этом«социализме» экономика непризнанного государства пришла в упадок, а жизненныйуровень населения был катастрофически низок.
Слухи об экономическом неблагополучии икоррупции в Республике добрались до Москвы. Москва нахмурилась. Глава и егосоветники почувствовали это хребтом. В сознании Прилепина слухи добрались доМосквы при помощи доносчиков: «Они носят и носят, и носят императору своидоносы, и однажды он кивнёт головой: исправляйте, хватит. И вас всех съедят. Ичто будет делать Глава? У него не будет своей армии, своей экономики, своейкоманды, своих средств, своих рычагов. Его сделают технической фигурой. Потомпросто смахнут с доски» (с. 237).
Прилепин сознательно стращает Главу Россией, аточнее, проверками из России, рисуя картины утраты относительной независимости.И, обратите внимание, не нас съедят, а «вас съедят». Тоже не случайно. Прилепинзаранее дистанцируется от сотоварищей по оружию и по прочим, в том числе, исомнительным делам. В случае чего, он вернётся в РФ и займётсяписательским ремеслом. Что, впрочем, скоро и случилось. Прилепин ничего нетерял. Все остальные – теряли всё.
Ташкент спросил, когда это может начаться. «Это»- проверки. «Может, уже началось. Мы тут сидим, а Москва уже к нам в гостисобирается. Или ещё не собирается, завтра получившие приказ, специальноподобранные, чтоб вас сожрать, люди полезут на антресоли за чемоданом наколёсиках …» (с. 237).
И опять – «вас сожрать», а не нас.
Самое интересное, что Прилепин понимает: то, чтоони делают в Республике, вряд ли понравится Москве: «Партизанские движения,самопровозграшённые республики, казачью вольницу – хоть при Петре Великом, хотьпри матушке Екатерине, хоть при Ильиче, хоть при Иосифе – терпят, пока идётвойна. Едва война затихнет – вольнице выкручивают головы» (с. 237).
Вольница, вот как это называется.
Вольницу друзья хотели сохранить, во что бы тони стало. И в голове Прилепина зародился хитрый план: «…два варианта, обаплохие. Первый: сделать внутреннюю экономическую перезагрузку. … Второй вариант– военное обострение» (с. 238).
Экономическая перезагрузка подразумевала,оставив схемы, придуманные Ташкентом, спрятать концы в воду, чтобы проверяющиене нашли никакого компромата. А уедут, продолжить жить, как жили, в режимевольницы.
Журналист Александр Чаленко сказал о книгеПрилепина, «Некоторые не попадут в ад» так: «Для чего была написана буквальноза месяц эта трехсотстраничная книга, которую следовало бы назвать не«романом-фантасмагорией», а «романом-каминг-аутом»?
Ответ прост: для оправдания, как самогоПрилепина, так и его друзей –аферистов, до недавнего времени заправлявшихв ДНР, — министра доходов и сборов ДНР Александра Тимофеева (Ташкента),советника Захарченко и самого Тимофеева – московского политолога АлександраКазакова и вице-премьера Дмитрия Трапезникова».

Ну, что вы, господин Чаленко! Какое же этооправдание, когда вся книга насыщена разоблачениями и саморазоблачениямитоварища Прилепина!

продолжение следует

Тип статьи:
Авторская
213

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!